"Разряд" русского войска накануне Куликовской битвы по списку Дубровского Новгородской IV летописи

Около 1542-1548 гг.


  Для того, чтобы определить место каждого воеводы на поле боя или в сторожевых отрядах на порубежных землях, историки средневековья обыкновенно заглядывают в подробные росписи служб и назначений — так называемые разрядные книги. Если нас интересуют события XVI—XVII веков, то разряды дают вполне достоверные сведения, потому что с середины XVI века разрядные книги велись регулярно и записи в них делались по горячим следам дьяками специального Разрядного приказа. Наиболее ранние назначения, внесенные в разрядные книги, относятся к 1475 году, причем, как показал В.И. Буганов, известия за XV столетие собраны составителями разрядов "задним числом", преимущественно из летописей. Однако, вопреки всему, что мы знаем об истории разрядных записей, сохранился "уряд" полков объединенной дружины Дмитрия Ивановича, — впрочем, не в составе разрядной книги, а в летописи позднейшего происхождения — в Новгородской IV летописи по списку Дубровского, отредактированной в Новгороде около 1542—1548 годов.

  Составитель списка Дубровского переработал исходный текст пространной летописной повести о Куликовской битве, и созданный им вариант рассказа, как заметила М.А. Салмина, вторичен по сравнению с текстами Новгородской IV и Софийской I летописей. "Разряд" полков также выглядит позднейшей вставкой в первоначальный летописный текст. Некоторые исследователи (А.А. Шахматов, С.Н. Азбелев и др.) считают разряд по списку Дубровского достоверным источником, созданным вскоре после Куликовской битвы. Более справедливо мнение, впервые высказанное М.Н. Тихомировым и недавно подтвержденное наблюдениями М.А. Салминой в Р.Г. Скрынникова. М.Н. Тихомиров указал на двух князей, поименованных в "уряде" по отчеству, но без имен (Васильевич Ярославский и Романович Новосильский). Редактор списка Дубровского мог предполагать участие в Куликовской битве ярославских князей, однако оба известных ярославских князя (Василий Давыдович и его сын Василий Васильевич) не могли выйти на Куликово поле, поэтому в "уряде" оставлено место для имени ярославского князя, но отчество сохранено. В "уряде" назван также боярин Иван Родионович Квашня, сын боярина Родиона Несторовича, умерший в 1390 году, который, как заметила М.А. Салмина, не упомянут ни одним из ранних рассказов о Куликовской битве и впервые попадает лишь в позднейшее, 80—90-е годов XV века, "Сказание о Мамаевом побоище".

  Р.Г. Скрынников предположил, что "уряд" составлен на основании летописного списка воевод московского похода на Тверь 1375 года (12 воевод) и синодика павших (4 воеводы). Однако влияние синодика на список Дубровского не обнаруживается, зато вполне вероятно влияние "Сказания о Мамаевом побоище".

  "Уряд" по списку Дубровского неверно называет боярином худородного любимца князя Дмитрия Ивановича Михаила Бренка, — вероятно, автор "уряда" был знаком с легендой, впервые появившейся в "Сказании о Мамаевом побоище", где Михаил Бренков (Бренок) перед битвой меняется конем и доспехами с самим великим князем Дмитрием и этим спасает ему жизнь. В списке Дубровского не упомянуты московские бояре Семен Михайлович и Тимофей Васильевич Валуй, несомненно, командовавшие какими-то отрядами в битве. Лишь в позднейших источниках — "Сказании" и "уряде" по списку Дубровского — говорится о выделении особого засадного полка. Последнее обстоятельство, а также совпадение в "Сказании" и "уряде" имени Ивана Квашни и высокая оценка роли Михаила Бренка в обоих памятниках дает основание предположить, что "разряд" был составлен на основании летописного рассказа 1375 года и "Сказания о Мамаевом побоище".

  Наиболее вероятное время составления "уряда" — 1542—1548 годы. Важнейшая задача, которую преследовал составитель "уряда", — максимально расширить сведения о числе дружин, вошедших в объединенное войско Дмитрия Ивановича, чтобы еще раз подтвердить, что разгром Мамая был подлинно общерусским делом.

  И встал здесь великий князь и по достоинству расставил полки, и назначил воевод. И были у него тогда в передовом полку родные братья князь Андрей и Дмитрий Ольгердовичи, да боярин и воевода Микула Васильевич, да князь Федор Романович Белозерский. А у себя в полку великий князь Дмитрий имел некоего боярина своего и воеводу Ивана Родионовича Квашню, да боярина своего и воеводу Михаила Бренка, да князя Ивана Васильевича Смоленского. А в полку правой руки назначил воевод: князя Андрея Федоровича Стародубского. В полку левой руки назначил воевод: князя Васильевича Ярославского, да Льва Морозова, да князя Федора Михайловича Моложского. В сторожевом полку тогда назначил воевод: Михаила Иванова сына Окинфовича, да князя Семена Константиновича Оболенского, да брата его князя Ивана Тарусского (в рукописи: Поружского. — А.П.), да Андрея Серкиза. Иные же свои полки многие расставил и воевод назначил. А в запасном полку в дубравах тайно поставил благородного и храброго брата своего князя Владимира Андреевича, да с ним некоего мужа мудрого и храброго Дмитрия Михайловича Волынца, да князя Романа Михайловича Брянского, да князя Василия Михайловича Кашинского, да князя Романовича Новосильского. И, вооружившись, пошли на врага.


             

КОММЕНТАРИИ

Перевод А.И. Плигузова, выполнен по изданию: Полное собрание русских летописей. Л., 1925, т. 4, ч. I, вып. 2, с. 486.

Яндекс.Метрика